вторник, 30 июня 2015 г.

Russian cemeteries

 В фильме "Цвет нации" Леонид Парфенов показывает редкий снимок Прокудина-Горского "Погост". Его негатива не сохранилось, осталась только напечатанная открытка. На ней изображена церковь, вокруг которой – сельское кладбище. Затем в фильме показывается тот же вид в наше время, то есть век спустя. Церковь уже частично развалилась, но изменилось и кладбище. Прямо в арке центрального входа теперь стоит чья-то ограда, за ней тянутся такие же металлические изгороди. Типичная черта любого российского кладбища.
По иному погосту и пройти сложно из-за нагромождения фигурных заборов, которые образуют замысловатые лабиринты среди тенистых деревьев. Но всегда ли так было? И вообще, почему мы огораживаем могилы, а на Западе этого не делают? У них кладбища – это лужайки, а у нас – густые леса. Почему так получилось?

пятница, 26 июня 2015 г.

Nizhny Novgorod. Soviet workers' district

Автомобиль, как к нему не относиться, - все-таки самый главный символический артефакт ХХ века. В некоторых культурах и сообществах он продолжает таковым оставаться, являясь объектом вожделения или показателем статусности, а не просто средством передвижения. Сейчас, правда, романтика легковых авто находится под большим вопросом, поскольку машины всё чаще признаются источником экологической опасности и социального отчуждения. Автомобили действительно трансформировали общество и культуру. Наличие в социологии  таких важных терминов, как ‘фордизм’ и ‘пост-фордизм’ – прямое доказательство центральной роли машин в современном обществе.
Наравне с самими машинами, важное значение имеет и автопром как существенный показатель национальной экономической и промышленной зрелости, как критерий “современности”. Автомобильная промышленность, писали британские ученые в конце XX века, более чем любая другая, является образцовой и показательной; ее наличие или отсутствие в народном хозяйстве говорит об уровне и силе национальной экономики. Но знаковым является не только автопром сам по себе, но и вся инфраструктура: отрасль машиностроения целиком, развитие дорожной сети и даже жилая застройка городов.
И если автозаводы – витрина экономического развития ХХ века, то города и районы, выросшие вокруг них, - авангард городского планирования и урбанистики прошлого столетия. В России самым ярким примером такого поселения является Автозаводский район Нижнего Новгорода, примыкающий к известному по всей стране ГАЗу.

четверг, 18 июня 2015 г.

Vladimir and beyond

В поисках духовных скреп современное российское государство неотступно следует за своими предшественниками, черпая державно-патриотические идеи из имперского или советского багажа. Так, вслед за Петром I и Сталиным нынешние идеологи обращались к образу Александра Невского. В 2000-е он был официально признан "Именем России" и стал героем нового блокбастера "Александр. Невская битва", который в лице князя эксплуатирует уже традиционный образ "православного бога войны". В 2015 году настала очередь другого видного деятеля – Владимира Святого. В Российской империи образ крестителя Руси использовался для борьбы с национализмом и католицизмом западных окраин. Теперь же, согласно президенту Путину, Владимир стоит у истоков "многоликой, но монолитной русской нации и централизованного российского государства". Тем самым обосновывается важность приобретения Крыма, где якобы крестился святой Владимир: "...Для России Крым, древняя Корсунь, Херсонес, Севастополь имеют огромное цивилизационное и сакральное значение. Так же, как Храмовая гора в Иерусалиме для тех, кто исповедует ислам или иудаизм".
 Только стремлением современных идеологов использовать проверенные исторические мифы и образы можно объяснить такие натянутые параллели. К тому же, в этом году вовремя случилась 1000-летняя годовщина смерти князя. Теперь к ней приурочена масса мероприятий, в том числе строительство памятника в Москве, аналогичного поставленному в Киеве во времена Николая I. Съёмки фильма про Владимира тоже уже начались.

среда, 10 июня 2015 г.

Brooklyn. Far away

 К этому времени стемнело. Огни реклам светили назойливее и ярче. Теперь Алик и Лора двигались пустынными улицами. Тротуары были завалены мусором. Около магазинов было развешано дешевое тряпье. Возле баров толпились подозрительные личности. В основном чернокожие и латиноамериканцы. Лора почувствовала себя неуютно. Ей больше не хотелось в театр. Ей хотелось быть дома и смотреть телевизор. Ей хотелось пить коктейль и слушать музыку. И тут она расслышала:
- Неужели мы заехали в Гарлем?
- Не может быть!

Сергей Довлатов. Третий поворот налево


Наличие в бэкграунде Довлатова и фильмов 70-80-х заставляет придирчиво относиться к вопросам безопасности, выбирая жильё в Нью-Йорке. Главное, не оказаться в чёрном квартале: там чужаков не любят, вечером не походишь, не убьют – так ограбят. Такие стереотипы среди туристов живы до сих пор. Верный способ оценить безопасность будущего места пребывания – почитать отзывы на букинге или на airbnb. Если пишут, что “the neighborhood is pretty safe”, то, скорее всего, район и вправду будет safe. С помощью панорам Google.Maps можно заблаговременно и детально рассмотреть территорию вплоть до того, что выучить путь от дома до метро в совершенно ещё не знакомом городе.

Итак, меры безопасности приняты, жильё оплачено, и после аэропорта вам нужно только добраться до Бруклина на метро, выйти на станции Rockaway Avenue, две минуты пешочком, нью-йоркское высокое крыльцо и «здравствуй дом, милый дом».
Короче, маршрут понятен. Рядом с аэропортом JFK находится станция линии А, которая проходит и через вашу станцию. Так что всего лишь – сел и вышел через 11 остановок. Когда поезд начинает проезжать некоторые станции, даже не притормаживая, понятно, что что-то пошло не так. При подробном изучении схемы оказывается, что линии А и С почти на всём протяжении – это одна ветка. И на одних станциях останавливаются поезда А, а на других – поезда С. Но есть и общие станции, где останавливаются и те, и те. Рядом с нужной нам Rockaway Avenue (поезд А ее проезжает без остановки) большой пересадочный узел Broadway Junction, где останавливаются не только поезда линий А и С, но и L, J и Z. Там и надо выходить. Ну подумаешь, вместо двух минут до дома – пятнадцать. Жаль только, не посмотрели окрестности Broadway Junction в Google.Maps. Придется изучать на местности, прямо с чемоданами.
Представьте выход из метро в спальном районе, который ведет прямо к оживленной платформе электрички (типа Электрозаводской). По бокам – заборы и какая-то мелкая торговля. Между вестибюлем метро и платформой – парковка частных таксистов с водилами-зазывалами. Это и есть примерный Broadway Junction, только это Нью-Йорк, а не Москва, поэтому масштабы несколько иные. Выход из-под земли ведет не на электричку, а к наземным линиям метро. Они расположены друг над другом и формируют какую-то нечеловеческую стальную стену, под которой еле угадывается автомобильный туннель.